Оцифровали офлайн. Что дальше?

— Пока эта тема остается за рамками нашей деятельности. Наш школьный образовательный проект «Фоксфорд» ориентируется на детскую аудиторию с 4-го по 11-й класс. В экспериментальном режиме мы уже начали заходить в начальную школу. В частности, запустили образовательные мини-группы для учеников второго класса. Но дальше распространить свой опыт и внедрить обучающие практики пока не успели. Чем моложе возрастная категория (пользователей), тем больше проявляются недостатки сегодняшнего онлайн-образования, находящегося в состоянии некоторой самоидентификации. Этот рынок в том формате, в котором мы видим его сегодня, можно назвать «конструкцией 1.0» — стартовой площадкой для того, чтобы начать его коммерциализировать, искать дальнейшие пути развития и превращать в полноценную «версию 2.0».

Перед нами, участниками образовательного рынка, стоит множество вопросов. Каким образом выстраивать индивидуальные профессиональные траектории, которые уже стали трендом и совсем скоро будут чрезвычайно востребованны? Как встраивать инновационные технологии, которые позволят делать обучение более результативным и интересным? Как эффективно внедрять геймификацию, образовательную аналитику и big data? По факту у некоторых игроков есть лишь некоторые элементы всего этого. Та же самая геймификация может быть гораздо более интересной, чем рейтингование или получаемые бейджи. Big data может работать эффективнее с точки зрения построения вышеупомянутой индивидуальной траектории. Практически никто сегодня не оперирует этими инструментами в полной мере — ни у нас, ни на Западе.

Это утверждение касается и «Нетологии-групп», мы, как и многие другие, находимся в поиске. К сегодняшнему дню мы можем похвастаться тем, что неплохо реплицировали и оцифровали офлайн-обучение, убрали географические границы и создали возможность учиться в рамках курсов или индивидуально из любой точки мира. Но с точки зрения применения и развития технологий мы только подступаемся к «версии 2.0». Поэтому мы и не торопимся в началку или дошколку — в них требуется еще больше инноваций. Если быть честными, коммерческий потенциал похода в эту нишу для нас неочевиден, но вполне вероятно, что со временем мы станем рассматривать этот сегмент как перспективный.

— Конечно, недавнее решение власти и пенсионная реформа в целом влияют на рынок. Экономическая ситуация и вектор развития общества показывают, что, если ты хочешь карьеры, успеха, к сожалению или по счастью, у тебя нет выбора — ты должен находиться в состоянии постоянного обучения. Ты можешь использовать какие угодно инструменты: читать книги, смотреть обучающие видеоролики на YouTube, которых становится все больше (это отдельная тема, там теперь есть все, особенно для тех, кто знает английский), или приобрести качественные онлайн-курсы. Но всем по-прежнему нужна упаковка: менторы, тьюторы, напоминалки — современные «кнуты и пряники».

«Нетология» — именно про это. Наш профиль — это прежде всего диджитал-профессии. Новые профессии в области программирования, компьютерного дизайна, проектирования интерфейсов, в области маркетинга — это наш ответ на запросы рынка в целом и ответ на запрос людей, оказавшихся не у дел в моменте или разочарованных в текущем треке.

— Уже сегодня технологии позволяют нам собирать и использовать большие данные в любой сфере, даже в малом бизнесе. При правильном подходе к работе с этой информацией можно получить совершенно неожиданные сведения, которые имеют прямую коммерческую ценность! Поэтому в ближайшее десятилетие в России потребность в специалистах, умеющих работать с данными, определенно будет исчисляться сотнями тысяч. Может быть, даже больше.

Мы стараемся своевременно реагировать на такие изменения и активно развиваем наше обучающее направление data science. Более того, мы реструктурируем остальные программные линейки, которые связаны со сбором данных: бизнес-аналитику, веб-аналитику, маркетинг-аналитику — все, что требует использования современного инструментария, приводится в соответствие с актуальными практиками.

— Практически во всех ключевых направлениях бизнеса. Возьмите первую линейку банков, телекома и тяжелую промышленность — их интерес к обучению работе с данными очень высок, в том числе и в «Нетологии». К примеру, «Северсталь» и Сбербанк обучают своих специалистов у нас на курсах по data science.

— Нам было интересно собрать в одном месте и в формате конференции-мастерской объективно сильных игроков образовательного рынка. Мы отсекли все доклады, которые не касались практических решений, то, что не «про ремесло», и то, что уже было озвучено прежде. Разбили программу на направления (создание продукта, продвижение продукта), а их разделили на еще более прикладные секции: маркетинг, продажи, аналитика, бизнес-девелопмент, digital production.

Я рад, что нам удалось создать хорошую атмосферу и высокую плотность общения — люди разговаривали постоянно. Многие знали друг друга только по онлайну, а теперь встретились и пообщались лично.

Кроме того, мы, не стесняясь, говорим, что EdMarket — это бизнес. Апрельскую конференцию мы свели в ноль, а дальше планируем делать регулярные мероприятия, но уже зарабатывать на этом. Еще весной мы приняли для себя решение, что создаем отдельный бренд EdMarket. И теперь он обретает полную самостоятельность и будет заниматься аналитикой, исследованиями, обучением и консолидацией специалистов в области онлайн-образования.

— Наши исследования мы проводим с огромным количеством других игроков с разнонаправленными векторами интересов. И за счет этого обеспечиваем высокое качество собранной информации — совместное участие помогает страховать риски, что данные не будут искажены.

Любые исследования подвергаются критике. Последнее качественное публичное исследование было сделано компанией J'son & Partners Consulting в 2014 году. К началу 2017-го они же опубликовали новый отчет, который ужаснул нас своей неточностью. Было бы странно, если бы рынок и СМИ опирались на единственный и недостаточно квалифицированный источник информации. Поэтому мы объявили, что сделаем свое масштабное исследование, наняли профессиональное агентство, а инициативная группа игроков рынка профинансировала работу.

— Раз в год это нужно делать. EdMarket как бизнес-юнит только начинает формироваться, консолидируются игроки, формируется бюджет из нескольких миллионов рублей. Наш оптимистичный прогноз — увидеть результаты свежего мониторинга уже этой осенью, но, возможно, речь идет о весне следующего года.

— Нет, я просто решил подвести черту в жизни именно этой программы. Понял, что я могу сколько угодно дальше упражняться, но мои слушатели выросли, и вырос я как управленец, во многом, кстати, благодаря «Рунетологии». Но интервью — прекрасный жанр! Девять лет я этим занимался в подкастах и намерен продолжить, но на новом витке, в видео. Я создал YouTube-канал «Заметки предпринимателя». И там среди контента немалую роль играют интервью.

— Как очень сильно повзрослел диджитал-рынок и я вместе с ним. Когда-то я начинал как малый предприниматель, у которого были небольшие проекты с командами из 5–10 человек. Учась на практике и в ходе этих интервью, я вырастил образовательный холдинг, в котором работают около 300 человек штатных и несколько сотен внештатных сотрудников, — моими усилиями и усилиями моих коллег.

Было интересно наблюдать, как растет масштаб и качество hard skills (узкопрофессиональных навыков) управленцев, которые оказывались у меня в гостях. Мы говорили все о больших и больших цифрах, о десятках и сотнях миллионов долларов в проектах. Диджитал стал естественной частью экономики, выросли лидеры, отвалились аутсайдеры.

— Конечно. Я помню целый ряд очень интересных и красивых интервью с лидерами проектов, которые буквально через год-два переставали существовать. Впечатляющее начало и совершенно бесславный конец. Все разваливалось, и о человеке больше ничего не было слышно.

— Отвечу как руководитель компании, которая всю свою жизнь растет. Чертовски тяжело рулить проектом, в котором в один год работает команда в 20 человек и используется соответствующий бюджет, а через год в компании уже 100 сотрудников, потом 200, еще время спустя 300 — это просто разные компании, требующие разных подходов и разных навыков. И проблема в том, что ты даже не замечаешь тот момент, когда компания поменялась: ты спохватываешься, только когда начинаются форс-мажоры и тебя начинают бить по голове. И сама компания уже требует иного: другой масштаб, другие процессы, другие люди.

Работа управленца в рамках растущей компании — это самое сложное, что я могу себе представить. Она требует постоянной перестройки, при этом никто тебе не говорит, когда нужно перестраиваться. Может быть, и был какой-то сигнал, но если ты его не понял, то потом «прилетает» сигнал посильнее, а потом может вообще случиться что-то серьезное, оглянуться не успеешь. И только потом ты понимаешь: оказывается, это были сигналы, и начинаешь «выплывать» изо всех сил! Это постоянное испытание.

— Рождения-смерти будут более предсказуемы. Но всегда, конечно, будет путь стартаперов, которые находят какую-то свою дорожку и по ней прорываются. Пространство digital еще очень долго будет достаточно турбулентным, позволяющим появляться новым игрокам. Но места в нем будет оставаться все меньше, конечно, и требования к качеству команд управленцев будут все выше.

— Постепенно происходит принятие, что онлайн-образование — это рыночный продукт, это не экзотика. Этот процесс при всей своей простоте очень постепенный и медленный. Как с интернет-торговлей: сначала некомфортно, в новинку, но потом приходит понимание, что это просто инструмент, с помощью которого ты удовлетворяешь свою потребность.

— Выделятся один-три лидера в коммерчески перспективных нишах: дополнительное среднее, языковое и корпоративное образование. Государство в зависимости от своего поведения, более или менее консервативного, сможет сыграть в этом значительную роль. На мой взгляд, развитие пойдет по одному из двух сценариев: или госсектор будет сам заниматься модернизацией образования, но он действует всегда медленнее и хуже по качеству, и это менее логичный путь. Или же власть найдет какие-то способы коллаборации с частными компаниями, которые будут поставлять образовательные онлайн-решения в среднюю и высшую школу, во все уровни дотируемого образования, а там огромный рынок — около триллиона рублей.

Пока мы неактивно работаем в b2g-секторе, но и не видим «аллергии» на уже случившиеся частно-государственные партнерства. Работаем над возможными совместными проектами с Минтруда и Минэкономразвития. Все медленно, не всегда логично, но запрос есть.

Тренды, о которых мы говорили в начале разговора, также будут развиваться. Если геймификация, то именно через игру, при которой дети даже не понимают, что обучаются, но эффективно делают это. Если big data, то с мощнейшей персонификацией пройденного пути и уточнением последующей траектории. Совсем скоро должны появиться бенчмарки, которые станут такими «ксероксами» и «памперсами» в онлайн-образовании, когда слово «продукт» станет именем нарицательным.